Category: история

Немыслимое

          Это не нуждается ни в каких комментариях, но, как выразилась одна китайская нейросеть, "благородно вашего внимания". :-)

          Смеяться над этим невозможно (потому что такого не может быть).

                    А вот исходный вариант, занявший, говорят, аж 14 место на Евровидении в 1971 году, когда ВПС имел несчастие родиться.  Звучит, по-моему, гораздо менее задорно и даже более как-то цинично и пресыщенно - вполне в духе того презренного времени, когда доживали свои последние годы великие прошлого, готовясь уступить место бесстыжему бардаку, начавшемуся, примерно, в конце 1974 года.

           

Ты на лодке своей, и в домах не ночуй...

... Враг там может скрываться легко.
На щите викинг спит, меч свой сжал он в руке,
И лишь небо - крыша его...

Ты в ненастье и шторм, парус свой распусти,
О как сладостен будет сей миг..
По волнам, по волнам, лучше прям к праотцам,
Чем рабом быть у страхов своих...

_______________




Make no tent on thy ship;
Never sleep in a house;
For a foe within doors you may view.
On a shield sleeps the Viking, sword in his hand,
And his tent is the heavenly blue.


When the storm rages fierce,
Hoist the sail to the top.
Oh, how merry the Storm-King appears!
Let us rise, let her drive;
Better founder than strike,
For who strikes is a slave to his fears.


_______________





В коллекцию хорошего кино, снятого за три копейки.  Хорошего в своем жанре каскадерского исторического фентэзи.  Но очень хорошего.

Игры богов: неожиданная иллюстрация

Поговорим о вечности с тобою:
Конечно, я во многом виноват!
Но кто-то правил и моей судьбою,
Я ощущал тот вездесущий взгляд.

Он не давал ни сна мне, ни покоя,
Он жил во мне и правил свыше мной.
И я, как раб вселенского настроя,
Железной волей управлял страной.

Кем был мой тайный высший повелитель?
Чего хотел Он, управляя мной?
Я, словно раб, судья и исполнитель,
Был всем над этой нищею страной.

И было всё тогда непостижимо:
Откуда брались силы, воля, власть?
Моя душа, как колесо машины,
Переминала миллионов страсть.

И лишь потом, весною, в 45-м,
Он прошептал мне тихо на ушко:
– Ты был моим послушником, солдатом,
И твой покой уже недалеко!

(стихи И. Сталина, найденные в его архиве. 1949-й г.)

Крымская война как веха в истории моды и современной одежды вообще

          В этом небольшом с современной точки зрения, но очень важном и, как говорится, "знаковом" для всех стран-участниц конфликте видные роли сыграли люди, с именами которых связаны, как минимум, три относительно современных фасона одежды: кардиган, галифе и реглан.  Последний примечателен еще и тем, что современное родовое поместье его семьи, герцогов Бофор-Монморанси (Бофорт), и по совместительству (со времен Генриха VIII) графов Вустер (как тот, который "Дживс и...") - единственной живой до сих пор ветви Плантагенетов по мужской линии, потомков Эдуарда III через Джона Гонта (Ланкастеров) - называется Бадминтон, откуда, собственно, и игра.

          Генерал Джеймс Браднелл граф Кардиган - редкостный даже по тем временам самодур, мудлан и долбоеб - командовал знаменитой "атакой легкой бригады" под Балаклавой.  В кавалерийской атаке по узкой, хорошо простреливаемой долине прямо на заведомые пушки (которые, собственно, предполагалось отбить) полегла почти половина пестуемого Кардиганом "элитного", как сказали бы теперь, подразделения, в составе которого было множество знатных молодых британцев того времени, большинство из которых похоронены там же.  Этот эпизод до сих пор представляет собой для англишманов сильно романтизированный (прежде всего, Теннисоном в его знаменитом стихотворении: http://www.poetryfoundation.org/poem/174586) и потому плохо осознанный фетиш.  Во-первых, понимая всю бездарность и провальность этого предприятия, они никак не могут и/или не хотят признать его поражением, коим оно является с любой точки зрения.  Во-вторых, за прошедшие более полутороста лет в обществе не сформировалось сколь-нибудь общеприемлимого мнения касательно причин, виновных и выводов из этой ситуации.
   
          Скорей всего, долбоебизм Кардигана послужил причиной катастрофы лишь отчасти, поскольку имело место сочетание нескольких важных факторов.  Прежде всего - плохой осведомленности командиров всех уровней о происходящем вообще и на вверенных им участках, в частности, а также неотработанности взаимодействия и несовершенства армейских уставов того времени.  Главнокомандующий Фицрой Реглан отдал Кардигану письменный приказ отбить захваченные нашими незадолго до этого пушки, не уточнив, как именно он предполагал это сделать.  По его словам, он всецело доверял его (Кардигана) тактической компетентности, даже не подозревая, что тому придет в голову что-то иное, кроме как зайти с тыла, что уже тогда - со времен Наполеоновских войн, как минимум - было одним из основных тактических маневров конницы, позволяющим использовать преимущество в скорости и подвижности перед лицом подавляющей огневой мощи закрепившегося противника.  Так кавалеристы будут поступать еще лет сто: вплоть до Махно, Буденного и Доватора.

          Беда была в том, что Легкая бригада находилась в непроходимых для крупного отряда конницы сопках, из-за которых Кардиган не знал, что происходит в непосредственной близости.  В сущности, он не понял поначалу даже, кого должен атаковать.  Поэтому, увидев вдали неприятеля, он бросился выполнять приказ буквально, что, конечно, не простительно для любого командира, не говоря уже о том, к чему обязывал его статус.

          Однако в контексте затронутого в заголовке страшного стечения модных обстоятельств, личность Кардигана интересна не этим, а авторством популярного фасона одежды, относящегося у нас по традиции к категории кофт.  Кардиган - это кофта в обтяжку с вырезом под возможный галстук или платок, придуманная незадачливым графом в качестве поддевки под мундир.  В те времена, когда одежда военных не превратилась еще окончательно в камуфляжную пижаму, потому что военным было не все равно, как они выглядят, под нее поддевали много чего: прежде всего - корсеты.  Поэтому новшество пришлось по душе зябнущему воинству, а затем и более широким слоям населения.

          Упомянутый уже не раз второй "модный" персонаж Крымской войны барон Рэглан (ударение на первый слог) - титул, придуманный для сына герцога Бофора по названию старинного, давно к тому времени покинутого родового замка в Уэльсе - старший из трех.  Выдвиженец и приемник Веллингтона, потерявший при Ватерлоо - еще в молодости - правую руку.  Именно отсутствие руки и связанные с этим неудобства послужили, как считается, причиной изобретения знаменитого кроя плеча и рукава.  Крымской кампании Реглан не пережил, умерев от холеры, косившей тогда британских военных с самого ее начала.

          Младший из всех - будущий французский генерал и изобретатель знаменитых кавалерийских штанов, ставших неизменным элементом разнообразной военной формы, одежды для верховой езды и всяких стилизаций, а тогда ничем не отличившийся пока подлейтенант маркиз Гастон де Галлиффэ.  Впрочем, последнее обстоятельство вскоре изменится: на этой, первой для него войне он проявит себя очень ярко, удостоившись ордена Почетного легиона.  Затем будет бесконечная череда в основном колониальных войн: от "родной" почти Африки до Мексики, где с трудом удастся выжить.  Не минует его, понятное дело, и война 1870 года, но это отдельная история.

Клуэ: живая графика или графичная живопись

    Приснопамятный невинно (ли?) убиенный в Варфоломеевскую ночь адмирал Гаспар де Колиньи работы Франсуа Клуэ или кого-то из учеников либо коллег.

         

          Когда я впервые увидел его рисунки (сразу несколько: от Екатерины Медичи до пресловутого де Бюсси - прототипа героя Дюма), первое впечатление было, что так невозможно, потому что это гораздо живей, чем фотография, но при этом адекватней, чем живописный портрет.
     
          Но удивительно при этом еще и то, что похожее впечатление оставляют также работы не только его отца (Жана), но и последователей.  Можно было бы сказать, что подобная преемственность и стабильность свидетельствуют о ремесленной традиции самого высокого класса, но язык не поворачивается назвать ремеслом то, что делали эти люди.

         

          Мадам Катрин "эль-мэм".  (Х)Рень (в смысле, reigne) - она же, ураган - Катрина.

          В сущности, предыдущее воплощение Жанны Фриске. :-)

         

          Франсуа де Ро(г)ан.

         

          Пресловутая и несчастная Габриэль д'Эстрэ - генеральная любовница Анри IV короля Наварры герцога де Бурбон впоследствии короля Франции.  Очевидно, художник не погрешил против зримого и осознанной им правды, благодаря чему мы можем воочую убедиться, от чего спасли короля (намеревавшегося на ней жениться) коварные тосканские заговорщики. :-)  Явно, что со стороны этой дамы не обошлось без какого-нибудь колдовства.

         

         

          Франсуаза де Сэн-Реми и Маргарита де ля Марк - пара не слишком заметных, но чрезвычайно характерных аристократок той эпохи.

                    
 

         

          Дети Мадам Екатерины: Франциск II и Карл IX.

         

          Еще один ее ребенок - пресловутая Маргарита ("Королева Марго").  Страшноватая, надо сказать, и эмоционально сдержанная особа, имевшая к тому же способности и склонность к научным занятиям, литературе и оккультизму - а что ей еще оставалось? :-) Обаятельному и любвеобильному Генриху Наваррскому умная королева была, в сущности, не нужна - в качестве советников он предпочитал мужчин - что со временем привело к отдалению и разводу. Хотя, судя по всему, психически они неплохо дополняли друг друга.

         

          Сам Анри Четвертый в бытность свою еще королем Наваррским.  Первый герцог де Бурбон на троне Франции.  Почти идеальный король, обладавший всем, что королю нужно: харизмой, храбростью, пониманием собственной цели и тонким знанием людей.  Погубила его, впрочем, общая болезнь настоящих монархов - самонадеянность.

         

          Знаменитая Диана де Пуатье герцогиня де Валантинуа, возлюбленная преданного ей до конца Анри II без ванны, сисек и прикрас (как на знаменитом красочном портрете).  Интересно, где он этот рисунок прятал? :-)

         

          Неизвестный, но симпатичный мне жантийом, на примере изображения которого видно, по-моему, большинство особенностей художественного метода и душевной конституции Франсуа Клуэ как одного из самых французских из известных мне французов.

          Франция - это такой европейский Китай: средневековая и современная полуимперия-редуктор, перераспределявшая и продолжающая перераспределять влияния пенинсуального генератора (Италии): http://pranava.livejournal.com/56565.html
        
 

Краткое рассуждение о незамысловатой сущности власти, подкрепленное этимологией слова "империя"

 Любая власть сводится, в конечном счете, к праву (а точнее, к подкрепляющей его способности) применить физическую силу.  То есть, в конечном счете, убить.

      Мало кто вспоминает теперь о том, что латинский глагол "imperare" значит, в первую очередь, "предавать смерти".  Он родственен латинскому же "perire" (гибнуть) - ср. фр. "périr", англ. "perish" и т. п. -  представляя собой вариант его активной формы.  Провозглашая полководца императором, легионеры не только отмечали факт уничтожения возглавляемыми им войсками значительного числа неприятелей (как правило, более тысячи), но признавали за ним право карать смертью.  И императоры республиканского времени активно этим правом пользовались, хотя и не злоупотребляли.  Наиболее хрестоматийный и, возможно, наиболее поздний пример - децимация, устроенная Марком Крассом в войсках, деморализованных поражением от Спартака.  Отобранного по жребию каждого десятого остальные девять должны были забить насмерть палками, после чего стыд за содеянное, реализованный в жажде мести, был столь велик, что поражение непобедимого "фракийца" от битых им уже, казалось бы, воинов последовало незамедлительно.  Пленных не брали вообще: те несчастные, которых потом распяли вдоль Аппиевой дороги, попались людям Помпея и Лукулла, настроенным гораздо более благодушно.

      В первые сто лет империи - период правления так называемой династии Юлиев-Клавдиев - императорами были не все принцепсы, поскольку не все они были, в собственном смысле, военными (как, например, Калигула, Нерон и Клавдий), что не мешало им, однако, использовать это право (imperium) весьма широко.  Если это и вызывало у кого-то возражения, то довольно скоро форма была приведена в соответствие содержанию: Флавии и Антонины - монархи периода кульминации римского могущества - почти все были императорами в формальном (военном) смысле этого слова.

      Если некая власть (общественный институт) убивает, и никто не в состоянии оспорить ее право на это, такая власть "легитимна" или, по крайней мере, своевременна.  Она будет осуществляться беспрепятственно, имея широкую поддержку.  А недовольные есть всегда.

      Соответственно, по решимости власти применять силу можно судить о том, насколько она, вообще, власть.  Например, предыдущая власть на Украине была не способна к этому с самого начала, с тех пор, когда это впервые потребовалось.  Потому что наличие у нее такого права не признавали даже те, кто должен был эту силу применять.  Они совершенно справедливо подозревали, что все свалят на них, что и произошло - так всегда происходит.

      Констатация физической силы как окончательного источника власти имеет еще одно, оптимистическое, на мой взгляд, следствие.  В современном нам мире власти пытаются придать иное обличье.  Широко распространена убежденность в том, что настоящая власть - это деньги (возможность их издавать и регулировать), хозяйственные ресурсы, информация (секреты), массовая информация (вплоть до конкретного "зомбоящика" - так называемая, "четвертая власть") и т. п. - то есть инструменты влияния на условия жизни людей.  Даже при перечислении конкретных "ветвей власти" "демократических" государств, реальную сущность власти умудряются спрятать за словом "исполнительная", причем декларируемого права убивать нет и у нее.  То есть, она как бы может (чужих и/или по крайней необходимости), но это очень, очень, очень, очень плохо - ай, ай, ай!  Конечно, в действительности, там, где власть сильна, она мочит, не задумываясь, но публике все это преподносится не как убийство, а как угодно: от "принуждения к миру" до "гумо-нитратного коврометания".

      Однако, все по-прежнему зависит от того, в чьих руках находятся упомянутые инструменты влияния.  Да, с их помощью можно в известной степени регулировать хозяйственную деятельность, преобладающие в обществе настроения, но нельзя исключить появление тех, кто готов умирать и убивать, не взирая ни на какие условия, равно как и выход таких людей на позиции, позволяющие эти инструменты влияния обойти.  И они вполне в состоянии при определенных условиях все эти инструменты отобрать или уничтожить (по крайней мере, частично).  Если власть сильна, массовые волнения вроде "Торжища людского" для нее ничто.  Применяя силу дозированно, но решительно, скоро и бескомпромиссно, нормальная власть предотвращает гораздо более тяжелые и зачастую кровавые последствия для страны в целом.  В идеальном случае этого даже не заметно: просто, сила незримо присутствует в атмосфере как потенция, вселяя в людей не страх и нервозность (как, казалось бы, должна), а спокойствие и уверенность.  Потому что сами люди ассоциируют себя с ней.  Тут, конечно, можно возопить о "попрании свободы" и притянуть остальные лозунги либерастов, но на деле, людям, спопобным мыслить и действовать, свободы достаточно и тогда.  Поскольку они понимают, что проявление силы требует ограничений, рамок, русла.  Иначе она просто рассеется, и все.

    Не страшны ей даже большевистские "телеграф, телефон, вокзалы" или, в современном контексте, "интернет, мобильная связь, аэропорты", потому что все это многократно продублировано, а захватившая их даже боеспособная армия без снабжения долго не продержится.  На крайний случай есть БОВ, БПЗ (или ПЗБ?), еще раз БОВ, ТЯО и прочие малоприятные для обороняющихся "ништяки", применению которых сильной властью во свое спасение ничто не препятствует.

 А вот реальная угроза жизни реальных этой власти представителей - дело совсем другое...

Страна Урания: частный очерк судеб богов Кобола на Земле

Арес никогда не благоволил России-Руси. Потому все претензии современных "родноверов" на преемственность от ариев - племени, чье имя созвучно и производно от его, выглядят так нелепо. Его влияние очевидно в Элладе (Ареопаг), Риме (Марсово поле), даже в современной Франции (Монмартр, не говоря уже о Марсельезе, которая, хоть и происходит от Марселя, который изначально с Марсом не связан - Массалия - называется, и, тем более, звучит более чем по-марсиански: http://pranava.livejournal.com/131279.html), но никак не в России, у которой совершенно другой покровитель.

Все попытки привлечь этого бога на свою сторону (то есть, сделать ставку на явную и четко организованную силу) неизменно заканчивались ничем. Операция "Марс" была одной из тяжелейших и кровопролитнейших в истории войн вообще, так и не приведя к серьезному успеху (хотя и провальной ее считать нельзя), тогда как операция "Уран" вошла в анналы своей уникальностью и судьбоносностью, будучи, по сути, отчаянным ударом на пределе возможного в условиях крайне неопределенной перспективы. Она завершила ситуацию, выстроенную при вмешательстве сил очень высокого, тонкого и общего плана: начиная со стратегических просчетов и идейных заблуждений Гитлера, заканчивая лютой стужей, эпидемиями и, самое главное, радикальным поворотом сознания большинства народа в сторону холодной и бескомпромиссной ярости, перед которой викингский берсерк - не более, чем беснование буйнопомешанного в смирительной рубашке.

Операция "Сатурн" завершилась, так и не начавшись, поскольку не была подкреплена необходимой при обращении к этому богу определенностью и предсказуемостью: слишком зыбки были основания, далеки тылы, неразведана вражеская оборона, мало было времени на все это. Последнее важней всего, потому что Сатурн - это время как таковое, отношения с которым нашего народа известны как весьма сложные. России в который уже раз помог отец и вмешательство сына было тогда несвоевременным.

Вспоминаются слова, обращенные к Конану-Варвару: "Мой бог - Вечное Небо, а твой живет под ним"

Про "херню"



Прочитал тут очередную "народную" этимологическую версию. Че-то уже и не смешно даже. Однако, вот она:

"В середине 19 века Россия ещё не делала сама свои броненосные линкоры. Их заказывали в судостроительных верфях Англии. Итак, из порта Глазго собирается отплывать в Крондштат один такой броненосец. Во время погрузки припасов на борт один из матросов чувствует сильную боль в животе. На корабле фельдшера нет. Он присоединится к команде только в Крондштате. Поэтому матроса отправляют к портовому доктору-англичанину. 
Матрос приходит к доктору и на пальцах объясняет тому, что, мол, грузил ящики, заболел живот. Доктор осматривает его и пишет справку на английском языке. И тоже на пальцах показывает рабочему, что ему нельзя работать, только отдыхать, а по прибытии срочно показаться врачу.
Матрос радостный, хотя и с болью в животе, идёт с запиской на корабль и показывает её мичману. Мичман знает только немецкий язык, но кое-как находят графу болезнь. "Едрить!" -удивляется мичман: "Написано "херня" какая-то!" 
Матрос идёт к себе. На вопросы о болезни машет рукой: "А... Херня!"
В общем всю дорогу домой он сидит на бухте с тросом и курит. Матросы переговариваются: "Видишь, сидит человек и хернёй страдает!"
Но за сутки до прибытия в Крондштат матрос умирает от страшных болей в животе. У всех на
устах: "От херни какой-то помер..."
Так постепенно неизвестное слово расходится по флоту и начинает выходить в массы. 
Между тем ту самую записку донесли до одного офицера, знающего английский, чтобы всё-таки удовлетворить своё любопытство. Он сказал принесшему: "Это, батюшка, никакая не херня! Это hernia - грыжа по нашему...
"

___________________________________________



Перед нами типичный пример озарения "народного этимолога".

На самом деле, "херня" - от слова "хер". А "хер" - это буква старинного русского алфавита, аналогичная современной "ха".

Поскольку "хуй" говорить было неприлично, упоминали только первую букву этого слова, как, например, теперь все еще говорят дети (слово на букву "хэ"). То есть, "хер" - типичный эвфемизм, аналогичный, к примеру, слову "хрен" - просто сейчас он воспринимается как довольно сильный (подобно всем старинным словам).

Совершенно независимо появилось в русском языке слово "хЕрить", означавшее, буквально, "перечеркивать крестом (подобным букве "хер")", то есть "аннулировать", "делать ничтожным".

А слово "hernia" по нормам того времени прочитали бы как "гЕрния" - даже не "гернЯ". Потому что звук "г" в большинстве великорусских диалектов был все еще мягким придыхательным (как в современном малороссийском и южнорусских).

ЗЫ: С исторической точки зрения, об аутентичности этой "истории" ясно свидетельствует образ мичмана. Автору, вероятно, невдомек, что во флоте Российской Империи звание мичмана соответствовало младшему лейтенанту, то есть было младшим офицерским званием, носили которое выпускники специализированных учебных заведений (в то время, исключительно Морского корпуса), преимущественно дворяне, потомки известных аристократических родов, соответствующим образом воспитанные и обученные. В армии (кроме кавалерии) им соответствовали прапорщики, социальный состав которых, в силу гораздо большей многочисленности, был значительно разнородней, но требования к их подготовке и обучению были не менее высоки.